Статистика

Вступить в клуб любителей бега «Виктория»

Золотой легион. Сергей Алейников: отшельник из южной Флоренции

На самом юге Италии уже много лет живет серебряный призер EURO’88 и бывший футболист “Ювентуса”. Серебристый “Пежо” стоял возле вокзала под пальмой, каких в Лечче не счесть. А вот наш футбольный человек в стотысячном городке на самом каблуке итальянского “сапога”, вдали от всех центров итальянской цивилизации, — ровно один. Он-то, подтянутый, без грамма лишнего веса — хоть на поле выходи! — 45-летний Сергей АЛЕЙНИКОВ и ждал меня около своего авто. Дай бог каждому в этом возрасте выглядеть так, как наш отшельник с юга Апеннинского полуострова!

О бывшем полузащитнике сборной СССР, минского “Динамо”, “Ювентуса”, “Лечче”, японской “Гамбы Осаки”, недолгое время в 2003-м тренировавшем “Торпедо”-ЗИЛ, в последние годы не было слышно ничего, и найти его оказалось не так-то легко. Разыскав же, я не пожалел об этом ни на секунду. А если о чем-то и пожалел, то только о том, что по своему графику должен провести в Лечче лишь три с половиной часа: иначе не успел бы доехать с тремя пересадками до Асколи, увидеть матч хозяев с “Интером” и пообщаться с Виктором Будянским.

Тем не менее и за столь короткое время Алейников успел не только дать прелюбопытное интервью, но и показать журналисту чудесный южный город, который за изумительную архитектуру в Италии называют “южной Флоренцией”. На контрасте с крикливым, небезопасным портовым Бари, где ваш корреспондент провел предыдущий день, Лечче показался образцом спокойствия и миролюбия. “Тут нет ни промышленных производств, ни порта, — подтвердил Алейников правильность такого ощущения. — Обитает в Лечче в основном солидная публика: доктора, адвокаты, нотариусы. Мы давно купили здесь дом, где живем с женой и младшим сыном: старший учится в университете Турина на инженера-программиста. Климат здесь великолепный, жару нейтрализует ветер с моря, а снег за 15 лет выпадал два раза. В 10 минутах от нас море грязное, в 20 — чистое и красивое, а в 30 — просто сказочное. Но уверенности в том, что останемся здесь навсегда, нет. Вы же знаете, что у тренера всегда должен быть собран чемодан — как на случай назначения, так и для отставки”.

Последнее время Алейников курсирует между Лечче и знаменитой высшей школой футбола в Коверчано. В ближайшие месяцы белорус должен получить тренерскую лицензию категории Pro, которая даст возможность тренировать любой клуб Европы. До недавних пор на Апеннинах действовал запрет на получение Pro иностранцами, но теперь он отменен. И бывший игрок “Старой синьоры”, нынче три раза в неделю тренирующий 13-14-летних детей из футбольной школы при мэрии Лечче, в связи с новым статусом надеется на прорыв в своей карьере. Которого и хочется этому интеллигентному, мыслящему человеку от всей души пожелать.

“Дзофф, дай прикурить!”

— Вы не представляете, какой интерес вызвало в Турине наше с Александром Заваровым появление, — рассказывает Алейников о том, как приехал в “Ювентус”. — Перестройка, Россия! Итальянцы на полном серьезе думали, что в СССР живут какие-то дикари. Журналисты без намека на шутку спрашивали: “Это правда, что у вас медведи по Москве ходят и всегда мороз 40 градусов?” Дня не проходило, чтобы чего-нибудь подобного не спросили. И только через некоторое время мы поняли, что у нашего перехода в “Ювентус” была политическая окраска. Наш президент, хозяин “ФИАТа” Джованни Аньелли во многом купил нас именно потому, что во всем мире был тогда огромный интерес к тому, что происходит в Советском Союзе. А на следующий год разрушили Берлинскую стену — и он сразу же начал покупать в “Юве” немцев. Таким образом подогревал интерес к своей команде.

— Власть у Аньелли, говорят, была безграничная — к любому премьер-министру мог зайти, открыв дверь ногой.

— Это скорее к нему премьеры заглядывали, когда он хотел их видеть. У нас перед матчами была традиция — совершать утренний променад и заглядывать на виллу Аньелли, которая располагалась рядом с базой. Размером она была, как парк Горького. И иногда президент начинал делиться воспоминаниями. Так мы с Заваровым и выяснили, что он, оказывается, во время Второй мировой был в СССР в плену. И с содроганием вспоминал о наших морозах. Что не помешало ему, вернувшись из плена, поднять итальянский автопром и в конце концов пригласить в “Ювентус” русских.

К чему привыкнуть было труднее всего?

— Сразу же после подписания контракта полетели в турне по Америке. И знаменитый защитник, чемпион мира-82, позже погибший Гаэтано Ширеа взялся меня курировать. Приходим на обед в ресторан, Ширеа наливает себе вино — и мне предлагает. У меня реакция автоматическая: “Я не пью”. В паузе между первым и вторым блюдами берет сигарету — и мне пачку протягивает. Я вновь, как юный пионер: “Не курю!” Ширеа плечами пожимает: “Слушай! Не куришь, не пьешь... Что ты за футболист?” А у меня, как у любого спортсмена, приехавшего из СССР, внутри многолетний страх сидел, что застукают. У нас же любители покурить как делали? Бегом на балкончик, чтоб никто не видел, пара лихорадочных затяжек — и назад. А тут, когда увидел, что после обеда игроки подходят к главному тренеру Дино Дзоффу, говорят ему: “Дай прикурить”, и он дает — чуть в обморок не упал.

Я рассказал об этом минской прессе. И подходят однажды итальянские журналисты: “Слушай, а ты молодец!” — “Почему?” — “Рассказываешь все как есть!” Они думали, что я, как советский человек, буду передавать в наши газеты сплошной негатив.

— Ширеа быстро разобрался, что не все с вами так запущено?

— Да я уже на следующий день, увидев, как здесь все устроено, согласился бокал вина за обедом выпить. “Ну это совсем другое дело!” — облегченно вздохнул ветеран. Но знаете, что самое интересное? Я ведь сейчас в такой форме именно потому, что в Италии научился профессионально к себе относиться. Все знают, как проводило свободное время наше поколение футболистов. Я не был таким исключением, как, допустим, мой сосед по номеру в сборной СССР Вася Рац. Сейчас многое бы в своем тогдашнем отношении к спортивному режиму поменял, потому что наш “отдых” был дополнительной и очень серьезной нагрузкой на организм. Уехал за границу в 28 лет, быстро стал профессионалом до мозга костей — и неудивительно, что закончил в 36. При этом уверен, что, оказавшись в Италии раньше, смог бы и до сорока доиграть.

— Каха Каладзе считает, что, если бы Мальдини с Костакуртой играли в России или на Украине, до своих седин явно бы не доиграли. Дескать, в бывшем Союзе из игроков все соки выжимают.

— Спорный вопрос. Конечно, если тренер решает с потолка, что игроку каждый день нужно пробегать сто кругов — футболист быстро исчерпает свой ресурс. Но если все нагрузки по науке — здоровью вреда не будет. Сейчас в Коверчано мы тщательно занимаемся теорией, и я понимаю это все лучше — как и то, насколько мне раньше этих теоретических знаний не хватало. Так что если такой научный подход присутствует, то футболисту для игрового долголетия надо в первую очередь ложиться спать не в пять часов утра, а хотя бы в 11 вечера. Уверен, главной причиной того, что у нас люди рано заканчивали карьеру, было именно снятие стресса известным способом.

Восхищение Беарзота и проблемы Заварова

 

— Итальянцы вас приметили после серебряного EURO’88?

— Этого я точно не знаю. Но в связи с тем, что после прихода к власти Горбачева появилась возможность получать игроков из-за железного занавеса, — интерес сразу возник, а после чемпионата Европы резко возрос. Помню после полуфинала, когда мы обыграли Италию — 2:0, к нам в раздевалку пришел великий Энцо Беарзот, который в 82-м привел итальянцев к золоту первенства мира. И сказал через переводчика Лобановскому и нам: “Я всегда мечтал о такой постановке игры, когда команда ведет прессинг по всему полю. И такой футбол сегодня показали вы!” При этом за полгода до того матча мы в Бари были разгромлены итальянцами в товарищеском матче — 1:4. И та игра дала нашему тренеру огромное количество информации. Лобановский анализировал все от и до. И пришел к выводу, что противостоять настоящему прессингу Италия не сможет. Что на сто процентов и подтвердилось.

— Что же случилось со сборной два года спустя, на ЧМ-90 в Италии?

— Похоже, та огромная работа, которая была проделана перед EURO’88, и дала свои плоды, побудила тренеров еще вдвое увеличить нагрузки. Вероятно, они думали, что и результат будет еще лучше. Вместо этого нас перегрузили, и мы еле волочили ноги. Тем не менее если бы Аргентина и Румыния не скатали откровенно договорную ничью и кто-то бы из них выиграл, мы даже в таком состоянии вышли бы из группы.

— Еще до вас в “Ювентус” уехала одна из главных звезд той нашей сборной — Заваров. На него там рассчитывали как на наследника Платини. Почему, по-вашему, не получилось?

— Футболистам из СССР, по крайней мере того поколения, нужно было уезжать за рубеж в компании соотечественника. Заваров поехал один — а когда в Турине поняли, что рядом с ним должен быть кто-то еще, оказалось уже поздно. Хотя все зависит от характера. У меня, например, особых трудностей не возникло. Поначалу были, конечно, проблемы с языком — тем более что хитрец переводчик, чтобы не потерять работу, всячески растягивал процесс моего обучения итальянскому. Но потом такие проблемы исчезли.

Второе — Заваров по своему характеру не слишком любил общаться, в том числе с журналистами. Отрабатывал тренировку — и домой. В Италии с таким подходом проблемы, увы, были неизбежны. А третья причина — это мое предположение. Человек годами привык работать в режиме двухразовых тренировок, все время находиться в команде, почти не бывать дома. Здесь, когда тренировка в день лишь одна и нет никаких сборов, появилась куча свободного времени. Для семьи, наверное, это было хорошо, но самому Заварову, допускаю, перестроиться оказалось сложно.

Как раздербанили туринский миллион

— Мне на днях рассказали типично итальянскую историю. Оказывается, вы должны были ехать не в “Ювентус”, а в “Дженоа”. Но тогдашний гендиректор “Юве” Джанпьеро Бониперти, чтобы заполучить вас, клятвенно пообещал известному тренеру генуэзцев Скольо, что тот возглавит “Старую синьору”. Алейникова он получил, но обещание свое не выполнил...

— Я действительно вначале ехал на переговоры с “Дженоа”. А когда приехал, мне сказали: “Есть возможность перейти в “Ювентус”. Ты как?” Я, конечно, тут же согласился. И до сих пор жалею, что не остался в “Юве” на второй сезон. Потому что как профессионал следующие два года в “Лечче” потерял.

— Игорь Шалимов в своей книге пишет, что у вас был некий агент-итальянец, которому был выгоден ваш переход в “Лечче”, и он все обстряпал за вашей спиной.

— Смысл истории передан верно. А было так. Существовала фирма, которая в Италии называлась “Симод”. Ей удалось приобрести права на всех футболистов динамовских команд, уезжавших за границу и поскольку договаривалась она с Центральным советом “Динамо”, то в СССР ее знали как “Димод”. Она-то меня и привезла в “Ювентус” в помощь Заварову. Но пионеры в любой области — не только в спорте — получают по ушам. Контрактной системы мы тогда не знали, и перед самым отъездом в Италию добрые люди из динамовского Центрального совета протянули мне чистый лист бумаги и сказали: “Подпиши, потому что завтра в Италии закрывается трансферное окно”. Подписал. Не зная, ни на сколько контракт, ни какие там условия.

— А там...

— Если бы я знал, что именно подписываю, то остался бы в “Ювентусе” на гораздо больший срок. Уже значительно позже узнал о пункте, что если “Юве” после первого сезона не оставит меня в команде, то должен заплатить моим законным представителям штраф в миллион долларов. Как выяснилось, люди, которые отправляли меня в “Ювентус”, славно поработали в этом направлении. Я играл в основном составе, выиграл Кубок Италии и Кубок УЕФА, в чемпионате команда третье место заняла, журналисты говорили, что мои шансы остаться очень высоки... Как вообще такое возможно, чтобы игрок, так вписавшийся в команду, вдруг летом оказался в “Лечче”, борющемся за выживание? Но моим “представителям” оказалось выгодно получить и раздербанить этот миллион, о котором я вообще ничего не знал. Самое обидное, что третьего иностранца в то межсезонье “Ювентус” так и не купил, и, останься я в команде, играл бы вообще постоянно.

— В те годы почти все наши футболисты отдавали большую часть заработанных денег “Совинтер- спорту”. У вас было так же?

— Нет, меня эта участь миновала. Но, как видите, незнание элементарных для западного футбола вещей привело к другой напасти — вынужденному уходу из “Ювентуса”. Интересно, что, когда меня поставили перед фактом, я сказал: “Ищите мне любую команду серии А, кроме “Лечче”. Мне советовали не идти туда из-за больших расстояний, да и из-за уровня команды тоже. Но тренировал ее Збигнев Бонек, который не раз мне звонил. И в конце концов все те же люди из “Димода” сказали: или ты переходишь в “Лечче”, или возвращаешься в Союз.

— Возвращаться не хотелось?

— В Италии было интересно жить настоящим футболом, на котором помешана вся страна. Я уже вошел и во вкус побед на поле, и во вкус совсем другой жизни. Здесь, несмотря на все негативные моменты, футболист — уважаемый человек. Кстати, как потом оказалось, выбор, перед которым меня поставили, тоже был полным блефом. Потому что контракт с “Юве” у меня был заключен на три года, и ни в какой Союз я бы в любом случае не вернулся. Вот так в те годы у нас футбольный бизнес делался. В итоге я нехотя поехал в Лечче, и, видите, как получилось, — живу там до сих пор...

Когда-то Моджи работал на железнодорожной станции

— С Дзоффом, слышал, и по сей день общаетесь?

— Да, две недели назад звонил ему в Рим, спрашивал, как дела. Он говорит: “Пенсионер”. Великий Дзофф, далеко не старый еще человек, — пенсионер, представляете? А знаете, в чем дело? Он — профессионал в чистом виде, не принадлежит ни к одному из кланов, не зависит от них. Поэтому когда его убрали из сборной, остался не у дел. Человек с мировым именем может приносить колоссальную пользу — и вот такая судьба.

— Он же EURO’2000 чудом не выиграл: французы сравняли счет на последних секундах и забили золотой гол в овертайме.

— Как у нас говорят: был бы человек, а статья найдется. Не выиграли — значит, есть повод убрать человека. Потому что в Италии результат — это все. “Ты можешь играть плохо, но обязан дать результат” — такая психология, к сожалению, в футболе этой страны давно стала реальностью.

— В связи с торжеством этой психологии знаменитое “дело Моджи” не стало для вас сюрпризом?

— В приватных беседах об этом и раньше говорили все. Но никто ничего не мог сделать, потому что власть у определенных людей была абсолютная. Можно сказать, что все стояли у двери и ждали, пока она откроется. И как только открылась...

— “Открылась” она после проигрыша Сильвио Берлускони выборов премьер-министра?

— Когда знакомишься с прессой, нужно уметь читать между строк. Намекали и на то, что Моджи был связан с мафией, что-то с ней не поделил, и та решила отомстить. Разговоров ходит много. А где правда, мы никогда не узнаем.

— Моджи уже был в системе “Ювентуса”, когда там играли вы?

— Еще нет. Но мы с ним знакомы. С одной стороны, человеку надо отдать должное. Изначально он работал на железнодорожной станции — то ли билетером, то ли еще кем. Словом, с точки зрения карьеры был никем. Он сделал себя сам, сумев создать такую империю. Но чем у людей больше власти, тем еще больше хочется. Исчезает чувство меры и возникает почва для негативных явлений.

— А как вы с ним познакомились?

— Все знали, кто руководит трансферным футбольным рынком, и однажды я захотел поменять “Лечче” на более серьезный клуб. Вышел с ним на контакт. Но так как игрок “за тридцать” особых финансовых интересов для него не представлял, и заработать на мне Моджи мог не более ста тысяч долларов, то был он весьма пассивен. Так потихоньку и разошлись.

 

— То, что “Старую синьору” выкинули в серию В, по-вашему, справедливое решение?

— Несправедливое, потому что было принято только по отношению к “Юве”. Говорить, что все махинации в итальянском футболе происходили из-за одного “Ювентуса”, — несерьезно. Но клуб на этом заработал немало вистов. Он стал единственным по-настоящему пострадавшим, а люди таких любят. Далее — был продан ряд игроков и тем самым смягчен эффект от финансовых потерь. Наконец, сейчас “Юве” вернется в серию А, и акционеры уже объявили о готовности внести на доукомплектование очень приличную сумму — порядка 150 миллионов евро.

— Вы болеете за “Ювентус”?

— Не знаю, что такое быть болельщиком. Только в детстве, помню, почему-то переживал за немецкий футбол, в голове отпечаталось имя единственного кумира — Уве Зеелера. Но давно уже смотрю на игру иначе. Играют, условно, “Юве” и “Милан”. Вначале симпатизирую “Юве”, но потом его игрок умышленно бьет соперника локтем. И мои симпатии тут же переходят на сторону “Милана”, потому что другая команда повела себя непорядочно.

В одном Лечче — пять футбольных телепередач!

— Как получилось, что вы осели в Лечче?

— Из-за детей. Здесь родился и пошел в школу второй сын. На родине не было никакой определенности. Играя в Японии, хотел даже остаться там, настолько все понравилось: и уклад жизни, и еда... Но наши желания не всегда совпадают с нашими возможностями. Не нашлось человека, который протянул бы руку помощи. В Швеции, куда ездил на три месяца в самом конце карьеры, тоже было здорово. Тем не менее вернулся в Лечче, где живу скорее по необходимости, чем по свободному выбору. И неизвестно, останусь ли здесь.

— Что в Стране восходящего солнца впечатлило более всего?

— Как молодежь, в том числе в командах, к старшим относится. Даже к иностранцам.

— Японские рестораны в Лечче часто посещаете?

— Жена научилась сама суши делать.

— На игры “Лечче”, вылетевшего в серию В, ходите?

— По большому счету, тут не на что смотреть. Так что иду только в том случае, когда приглашают прокомментировать матч. Вообще, на телевидение зовут часто. Хотя город и маленький, но футболом живут все. Получается, что на какую-то передачу приглашают каждую неделю. В результате узнают меня даже чаще, чем когда играл.

— А сколько их в Лечче, передач-то футбольных?

— Раз, два, три... Пять. Идут по понедельникам на разных каналах одновременно! Все политики рвутся туда попасть. А я иду только потому что приглашают — отказываться неудобно.

— Юг Италии — место неспокойное. На вас никогда не наезжали местные “братки”?

— Нет, потому что к футболистам здесь отношение великолепное. Без ложной скромности скажу, что чувствую себя уважаемым человеком.

— Вы живете недалеко от Сицилии — месте недавней трагедии с убийством полицейского. По- вашему, дело к тому шло?

— Шло, конечно. Самой большой проблемой было то, что болельщиков из года в год не наказывали за хулиганство. Политики все говорят: “Нам нужна модель Англии”. Но как можно сделать модель Англии, если там в тюрьму сажают, штрафуют по-настоящему, а при первом же серьезном нарушении вносят в черный список и ты ни на один стадион больше не попадешь? Здесь же до недавних пор самым серьезным наказанием был домашний арест на несколько дней. Набил кому-то морду, побыл чуть-чуть дома под наблюдением — и спокойно пошел на следующую игру. Все это стало настолько обыденным, что даже художественные фильмы на подобные темы начали ставить. В одном из них приезжают фанаты “Ромы” в Турин — и убивают местного болельщика. Словом, гнойник зрел, и убийство полицейского в Катании его лишь вскрыло. Все поняли: надо что-то делать.

— А в Лечче как фанаты?

— Долгое время они занимались по отношению к клубу неким подобием рэкета. Приходили к руководству и говорили: “Хотите, чтобы мы вам помогали? Платите деньги — столько-то в месяц”. На транспорт, чтобы ездить на выезды, на билеты и так далее. И клубы платили, причем не только в Лечче. Сейчас президент здешнего клуба заявил, что с подобной практикой покончено. Обо всем этом руководители начали говорить только сейчас, после Катании, хотя началось все давным-давно. С фанатами нельзя заигрывать, ни к чему хорошему это не приводит.

Но далеко не факт, что какие-то уроки действительно будут извлечены. Потому что итальянцы — народ такой, извините, пофигистский. Наслаждаются жизнью, проблемами себе голову не забивают. На все реагируют примерно так: “А-а! Пошумело — и пройдет”. К сожалению, так не бывает.

Откровения Липпи

— Кто вам в Коверчано лекции читает?

— Вот Марчелло Липпи недавно приезжал. Беседа длилась с 9 утра до обеда. Всех интересовал вопрос о давлении на него со стороны политиков перед чемпионатом мира. У него же сын — тоже агент, как и у Моджи, и был задействован в происшедшем скандале. Липпи подтвердил: да, ряд политиков хотели, чтобы ни он не поехал в Германию, ни Буффон с Каннаваро. Ситуация была не из приятных. Его спросили: “Как в такой обстановке удалось сплотить команду?” Но на этот вопрос тренер не ответил. Сказал — профессиональный секрет.

— Вы лично о чем-то Липпи спрашивали?

— У меня было немало возможностей общаться с ним до того, а тут мои местные коллеги на него насели. Когда встречались сборные Италии и Беларуси, “Прессбол” два раза просил меня взять у него интервью, и я звонил Липпи. Но самый интересный разговор у нас состоялся гораздо раньше, когда мы познакомились. Это было в 1999 году, когда встречались сборная Африки и сборная остального мира. Во второй команде я играл, а Липпи ее тренировал. И рассказывал о проблемах, с которыми столкнулся в “Интере”.

— Его же там чуть ли не после первого тура уволили?

— После одного из первых. Но не в этом дело. А в том, что система “Интера” и “Ювентуса” — две полные противоположности. Как было в Турине? Допустим, игрок начинает создавать проблемы. Липпи идет к Моджи и говорит об этом. Моджи обращается к своему помощнику: “вызови игрока ко мне на такое-то время”, а потом проводит с ним жесткий разговор. То есть руководство полностью доверяет тренеру, который отвечает за свою работу. А если тот или иной игрок начинает конфликтовать, руководство отвечает за все дисциплинарные вопросы.

А вот какая ситуация в “Интере”. Липпи подходит к Моратти и говорит, к примеру: “Рекоба создает проблемы”. Моратти отвечает: “Ты тренер, ты и решай”. Липпи думает, что после такой фразы получил карт-бланш, и начинает футболиста воспитывать. Что делает Рекоба? Идет к Моратти, жалуется на тренера и слышит: “Не волнуйся, я все решу”. После чего на любую критику Липпи спокойно заявляет ему: “Да пошел ты!” Поскольку, пообщавшись с Моратти, знает, что президент на его стороне. На этой почве возникает конфликт, ведь Моратти дал понять, что тренер — никто и ничего не решает.

— В “Интере”, по сути, между хозяином и тренером нет ключевого промежуточного звена под названием “менеджер”, каковым в “Ювентусе” был Моджи, а в “Милане” является Галлиани.

— Моджи тогда был другой... Главное, что в “Ювентусе” четкость подхода идет из поколения в поколение. Поэтому в “Юве” никогда не было вопросов, связанных с дисциплиной. После золотого ЧМ-82 лучший бомбардир мирового первенства Паоло Росси пришел в клуб и сказал: “Хочу, чтобы мне повысили зарплату”. И сразу же был продан в “Милан”! Потому что, если пошли на поводу у игрока, он — а за ним и другие — стал бы неуправляемым. В “Ювентусе” ситуацией всегда управлял клуб, а игроки делали то, что и должны делать, — играли в футбол. Это шло от Аньелли. В “Интере” же все наоборот, откуда, надо думать, и происходят многолетние их проблемы.

— Зато сейчас, после скандала, “Интер” в “шоколаде” — скудетто близок, ни одного матча в чемпионате не проиграно...

— А игры, по большому счету, нет, все решают индивидуальности. Связаны такие результаты “Интера” не только со скандалом, но и с общим падением уровня чемпионата. Нет сильных команд! На четвертом месте находится “Эмполи”, который всегда боролся за выживание и ни в чем особо не прибавил. Лига чемпионов тоже показала, что успехи “Интера” преувеличивать не стоит. У Моратти много лет миллионы выбрасывались на ветер. Изменилось ли что-то в этом клубе, всерьез говорить пока рано.

Слуцкий — белая ворона

— Сборную родной Беларуси не звали возглавить?

— У меня вообще нет контакта с Белорусской федерацией футбола. Почему — спросить надо там. Конфликта как такового не было, так что объяснить то, что происходит, не могу. Но после того, как я сыграл 4-5 матчей за сборную Беларуси и решил на этом закончить, какие-либо отношения сошли на нет. С ее стороны.

 

— С кем-то из одноклубников по минскому “Динамо” поддерживаете отношения?

— С Гоцмановым, который живет в США. Когда приезжаю в Минск, встречаюсь и с другими — с Пудышевым, к примеру. Последний раз приезжал — встретил Шишкина с его московской детской командой. Он меня даже сначала не узнал. Дает интервью, я рядом стою. Он по мне взглядом скользнул — и никакой реакции. Говорю: “Вот люди зазнались, интервью дают, друзей старых не узнают!” Витя аж ахнул: “А я думаю, ты или не ты, боюсь ошибиться!” В баньку сходили, былое вспомнили...

Российских футбольных людей давно не видели?

— Недавно в Коверчано “Москва” на сбор приезжала, а я как раз в это время учился. Приятно было встретиться с теми, с кем работал в “Москве” — Полукаровым, врачами. Со Слуцким познакомились, он впечатление интересного человека произвел. Жаль, что только однажды пообщались. Любопытно, в российском футболе он не выглядит белой вороной?

— Выглядит. Поэтому, на мой взгляд, очень хорошо, что “Москва” в межсезонье его оставила.

— Это должен быть большой плюс для “Москвы”. Для меня, например, было дикостью, когда в мой адрес четыре года назад говорили: что это за тренер, который не выбегает к бровке, матом игроков не кроет? Но это же ненормально! Во-первых, такое поведение — неуважение к самим футболистам. Во-вторых, что ты можешь подсказать, когда трибуны кричат и свистят? Получается, что тренер делает это только для собственной разрядки, при этом не анализируя игру. В-третьих, ведя себя таким образом, ты, считаю, показываешь свою сущность. Особенно когда оборачиваешься к зрителям и жестикуляцией начинаешь их провоцировать. Лично я всего этого не приемлю.

 

— Недолго у вас в “Торпедо”-ЗИЛ получилось с таким подходом.

— Я попал туда не в свое время. Сейчас, уверен, все было бы совсем по-другому. Тогда там не было ничего: ни материально-технической базы, ни структуры клуба, ни игроков. Когда уходил, дал интервью, где в заголовке были слова “розовые очки”. Именно в них я приехал в Россию, но потом с меня их быстро сняли. Помощи не дождался ни от кого, а вот палки в колеса вставляли. К сожалению, не дождался помощи даже от Валентина Иванова. Я думал — уважаемый человек, поможет как-то становлению молодого тренера. Но вышло наоборот... Впрочем, не хочу ворошить старое. Лучше от этого никому не будет.

— Не сложились тогда у вас отношения и с Юрием Белоусом. В Коверчано не пересекались?

— Нет, он в это время был на “Кубке Первого канала”.

— А если бы увиделись, руки бы друг другу пожали?

— Не знаю. Не думал об этом.

— То, что он оставил на своем посту Слуцкого, говорит в пользу гендиректора “Москвы”?

— Да. Думаю, Белоус, который был в “Торпедо”-ЗИЛ, и Белоус времен нынешней “Москвы” — два разных человека. Если, конечно, можно так меняться в зрелом возрасте.

— С тех пор предложения из России у вас были?

— Нет.

— А желание там работать?

— Если ты занимаешься тренерской деятельностью, интересны хорошие предложения из любой страны. Чемодан, повторяю, у меня всегда собран.

— Ностальгии не испытываете?

— Не знаю, что это такое. Может, потому, что у меня есть российское телевидение, и в первом туре чемпионата-2007 я посмотрел и ЦСКА — “Рубин”, и “Динамо” — “Спартак”. По крайней мере такого, чтобы я сидел, обхватив руками голову и обливаясь слезами, нет и никогда не было.

— Русскоязычное общение в Лечче есть — кроме дома, конечно?

— Здесь много русских женщин, которые вышли замуж за итальянцев. С ними по-русски и общаемся.

— И совсем не чувствуете себя на отшибе, эдаким отшельником на краю Европы?

— Вот сейчас с вами поговорил — и начал чувствовать. Наверное, еще сильнее это ощущение будет, когда вы уедете. Но потом вернусь в обычный свой жизненный режим, и все встанет на свои места...

Автор: Игорь РАБИНЕР, “Спорт-экспресс” из Турина

Подготовил: Сергей Коваль

Источник: http://www.pressball.by

Дата публикации:

Читайте также:

15 апреля 2011, 19:50 - Прощай, грусть
15 апреля 2011, 19:29 - Алексей Гришин: чтобы получить хороший контракт, человек должен подходить с точки зрения внешности, уметь общаться, показать себя...
15 апреля 2011, 18:41 - Олимпийский калейдоскоп. ПЕРВЫЙ СТАРТ — В МАЕ
15 апреля 2011, 18:35 - Рекорды еще впереди
15 апреля 2011, 18:28 - Игорь Заичков: Лондон, Сочи, Минск – все рядом, все близко
15 апреля 2011, 18:10 - В Европе Насте уже тесно
15 апреля 2011, 17:54 - Юрий Борзаковский: Пробежать дистанцию в 800 метров быстрее 1 минуты 40 секунд - это космос
15 апреля 2011, 17:34 - Португальский вояж
15 апреля 2011, 17:26 - Принудительное вегетарианство
15 апреля 2011, 17:19 - Вопрос пола
13 апреля 2011, 23:56 - Теракт в минском метро совершили токарь и электрик. Сегодня в пять утра они дали свои показания.
12 апреля 2011, 23:16 - БФЛА и национальная команда выражают соболезнования семье бронзового призера Олимпийских игр в метании диска Василия Каптюха в связи со смертью сына и всем семьям погибших во время взрыва в Минском метро
12 апреля 2011, 19:14 - В Казани завершился Чемпионат России по акватлону – подводной борьбе в ластах
11 апреля 2011, 16:34 - Давайте кушать солнце!
11 апреля 2011, 16:29 - День рождения паутины

Календарь событий


Журнал
"Мы выбираем бег"

Журнал "Мы выбираем бег"

Партнеры:

tri.by - Триатлон в Беларуси

Клуб любителей бега «АМАТАР»

Run4Fun.by

ПроБЕГ в России и мире

Мир легкой атлетики

Белорусская федерация легкой атлетики

Клуб любителей бега «Свитанок»

Статистика